Главная > Новости > Заключение юриста о правомерности и правовой обоснованности массовой неизбирательной принудительной вакцинации от COVID-19

Заключение юриста о правомерности и правовой обоснованности массовой неизбирательной принудительной вакцинации от COVID-19

Заключение Игоря Владиславовича Понкина от 13.07.2021 о правомерности и правовой обоснованности массовой неизбирательной принудительной вакцинации от COVID-19 в Российской Федерации

Игорь Владиславович — доктор юридических наук, Профессор, Член Общественного совета при ГУ МВД России по Московской области, Член экспертного совета при Комитете по делам общественных объединений и религиозных организаций ГД,
Директор Института государственно-конфессиональных отношений и права, Член диссертационных советов РАНХиГС и РГАИС.

Перечисляем регалии, чтобы был понятен уровень специалиста (не считая того, что неоднократно его заключения влияли на принятие/непринятие многих законопроектов в нашей стране!)

Выводы:

  1. требования государственных органов в отношении массовой неизбирательной принудительной вакцинации и/или ревакцинации от COVID-19 основаны на заведомо неосновательной и произвольной абсолютизации эффективности какой-либо из числа допущенных в России вакцин от COVID-19
  2.  … основаны на произвольном игнорировании фактов реального наличия и действительных количественных уровней антител в организме человека к вирусу SARS-CoV-2, обеспечивающих иммунитет к COVID-19 (в качестве одного из оснований признания необязательности делать прививку такому человеку), т.е, по существу, основаны на принципиальном исключении цели формирования иммунитета человека, подменяемой какой-то иной, не озвучиваемой и не объясняемой, целью (иными целями)
  3. … основаны на произвольном и заведомо неосновательном презюмировании предельно шестимесячного срока сохранения сформированного у человека (после перенесения COVID-19 или вакцинации от COVID-19) иммунитета к вирусу SARS-CoV-2, в качестве единого нормативного срока, применимого ко всем вакцинированным или переболевшим лицам,после истечения которого «рекомендуется» ревакцинироваться (вакцинироваться) от вируса SARS-CoV-2–под угрозой неблагоприятных последствий в случае отказа от вакцинации
  4.  … основаны на произвольном и заведомо неосновательном презюмировании априорной необходимой и достаточной эффективности какой-либо из числа 18 допущенных к применению в России вакцин от COVID-19 к любому другому (помимо «первичного») штамму вируса SARS-CoV-2
  5. … не сопровождаются взятием государством на себя ответственности за введение расширенного и целевого государственного страхования рисков негативных последствий такой вакцинации (в реальных размерах, соответствующих тяжести негативных последствий)
  6. отсутствие установленного в нормативных правовых актах перечня медицинских противопоказаний в отношении вакцинации от COVID-19 и отсутствие закреплённых в законодательстве действенных гарантий прав лиц, в отношении которых имеются основания для отвода от такой вакцинации по указанным медицинским основаниям
  7. … не сопровождаются и не связаны со взятием государством на себя необходимой ответственности (во всей её полноте)
  8. отсутствие надлежащих нормативно-правовых гарантий обеспечения достоверной и чёткой постановки и подтверждения диагноза COVID-19
  9.  … основаны на презюмировании абсолютной (идеализированной) добросовестности и исчерпывающе полного профессионализма, безошибочности в действиях фармацевтических организаций, производящих вакцины
  10.  … связаны с отказом предоставлять надлежаще полную и объективную информацию о необходимости профилактических прививок, последствиях отказа от них, возможных поствакцинальных осложнениях
  11. требования и планы государственных органов в отношении принудительной вакцинации и ревакцинации от COVID-19 детей (в абсолютном большинстве не болеющих COVID-19 или переносящих заражение бессимптомно) противоречат их же собственным заявлениям об отсутствии научных данных о том, защищает ли вакцинация вакцинируемое лицо от заражения этим лицом других людей, следовательно, указанные планируемые решения о вакцинации детей лишены веских юридических и фактических оснований
  12. фактически принудительный характер вакцинации от COVID-19, предусмотренный актами государственных органов, превращает истребуемое от гражданина перед введением вакцины письменное информированное добровольное согласие на медицинское вмешательство в юридически фиктивный документ в случаях, когда вакцинация производится с условием применения негативных мер в отношении гражданина при его отказе от вакцинации

Все эти обстоятельства, документально подтверждаемые, свидетельствуют о существенных дефектах правового регулирования и организации этой кампании, которые способствуют массовым нарушениям конституционных прав граждан (на труд, медицинскую помощь, свободу передвижения и др.), а также противоречит общеправовому принципу «крайней необходимости» в праве.

Вот само заключение юриста:

 

Please wait while flipbook is loading. For more related info, FAQs and issues please refer to DearFlip WordPress Flipbook Plugin Help documentation.

Все новости

НОВОСТИ

Борис Джонсон: мы будем доверять мнению британского народа — новости сегодня — СТОППАНИКА

Вы сами голосовали за этих убийц — новости сегодня — СТОППАНИКА

Русско-украинская война как конец аферы коронавируса — новости сегодня — СТОППАНИКА

Что делать, если выписали штраф за маску? Видео-инструкция как выиграть суд.

Вакцина не от того вируса!?!? Сколько у нас КОВИДОВ?

ФЗ-323 — детей колоть не будут — «Без согласия» НЕРАВНО «при отказе»

Заключение юриста о правомерности и правовой обоснованности массовой неизбирательной принудительной вакцинации от COVID-19

ПОДПИШИСЬ

В наших соц. сетях вы найдёте всю информацию о нашей деятельности. Будьте в курсе нашей борьбы!

МАГАЗИН

Поддержите нашу деятельность и покажите свою позицию с помощью нашей официальной одежды.

Свитшот ПЧВ

Производитель: Stedman (Германия)Удобная теплая толстовка. 80% хлопок Belcoro® / 20% полиэстер, плотность 280 г/м2

Свитшот АНТИМАСКА

Производитель: Stedman (Германия)Удобная теплая толстовка. 80% хлопок Belcoro® / 20% полиэстер, плотность 280 г/м2